Перевести страницу

Наши статьи

Подписаться на RSS

Популярные теги Все теги

Поправки и доработки к дипломным и курсовым работам: заговор ситхов или вполне себе обычное явление?

Недавно прочитал очередные страдания обсмотревшегося телевизора (да-да, российской трэш-пропаганды и таких же бездарнейших сериалов) джедая из вселенной «1984». Страдания были очередной раз посвящены его унижению как автора (ну, весь мир и вселенское зло ж против него), гордыне кого-то там за что-то, мечте стать гуру и «жемчужиной нации» нового светлого (в его понимании) общества и всем надрать задницу. Впрочем, ничего нового, всё как обычно. Таких диванных воинов и философов в Интернете много. Но из его страданий можно сделать ряд интересных выводов, которые можно частично опровергнуть. Но с некоторым всё-таки немного согласиться. Не буду его цитировать, поскольку слишком долго, сделаю только некоторые «выжимки» по его мыслям и свои комментарии.


Человеку не нравится преподавательский беспредел. Это понятно, это не нравится много кому, включая меня и большинство адекватных клиентов. Да кому он вообще может нравиться? Особенно мало кому понравятся совершенно необъективные замечания в хорошей по содержанию и ценности работе, где препод высказывает своё сугубо субъективное мнение, либо просто просит «добавить то-то», «убрать то-то», чего можно было совсем не делать. Особенно досадно, когда эти замечания высылаются в срок за день до предзащиты, а то и до защиты (нечасто такое бывает, но бывает). Никому не нравится и то, когда план и тема были согласованы заранее, но неожиданно у преподавателя меняется мнение по плану, а то и по теме вообще. И начинается свистопляска в стиле «а давайте по-другому». Особенно если это начинается накануне предзащиты или защиты. Много идиотских замечаний может появиться и на такой процедуре как «предзащита» (когда учился я, такого бреда, кстати, и не было): здесь помимо научного руководителя элементы идиотизма могут вносить другие преподаватели из разряда тех, которым «больше всех надо». Могут просто зарубить работу и заклевать студента, потому что так хотят. А защита через неделю, например.


Но стоит разобраться, почему так происходит? Наш звёздный страдалец говорит, что причиной всему есть гордыня и желание насолить студенту. Так ли это? Увы, отчасти это так. В преподаватели идут и там работают нередко люди злые и одновременно некомпетентные, о чём я не раз писал. Их самоутверждение за счет студентов – дело обычное. К сожалению, просто так взять и поменять преподавателя в большинстве российских вузов нельзя – ноги там растут из глубокого совка, где принцип «я начальник – ты дурак» и «своих не сдаём» прижились как лишняя хромосома. В большинстве же европейских вузов это использовать очень даже можно: и обжаловать действия преподавателя, и поменять его без последствий для себя, и не согласиться с тем, что он говорит. Хотя и там далеко не всегда преподаватели компетентных, идиотов хватает и там, увы.


Итак, по моим многолетним наблюдениям, причин гораздо больше:



  • конечно же вредность и желание насолить просто так (даже не самоутверждаясь), чтобы был имидж «строгого преподавателя», «требовательного» и т.п.; нередко это даже действительно компетентный человек, и взяточку получить совсем не хочет, ну вот просто идеальный вариант «гордыни»;
  • тупость и некомпетентность научного руководителя в совокупностью с вредностью – это бывает часто, и связано с тем, что он не просто тупой (не понимает в теме), но и злой (хочет самоутвердиться за счет клиента), потому придумывает и выдает что-то уж совсем ненормальное, часто меняет свои же требования и пожелания;
  • желание срубить денег, особенно если преподаватель видит, что работа явно написана не студентом и сильная – включается механизм «а чего это деньги проходят мимо меня и уходят какому-то м…ку?», и начинается куча необоснованных претензий, пока клиент уже не заплатит непосредственно преподу или аффилированному с ним лицу за «устранение недочётов»; а в некоторых вузах студентам прямым текстом говорят еще до написания, где надо заказать, чтобы проблем не было вообще (в России, в Казахстане, больше не слышал);
  • боязнь за имидж вуза, факультета, кафедры (кстати, для этого и стали использовать «предзащиты»): главные боятся за то, что подчинённые им некомпетентные преподы («других преподов у меня для вас нет») пропускают откровенно хреновые работы, а то и «пишут» (методом изменения старых работ) сами для своих студентов; именно поэтому иногда замечания, даже обоснованные, вылазят накануне защиты; но под «горячую руку» нередко попадают и хорошие работы, потому что видят, что студент не мог такое написать сам, а за информацию о том, что в вузе массово заказывают работы, им может сильно прилететь сверху по башке;
  • борьба с заказными работами, что стало трендом и мэйнстримом последних лет: если студент сдает работу, которою он физически написать не мог, вот тут и начинается его плющение и издевательства, целью которых будет довести его до ручки, чтобы потом до ручки он довёл автора или фирму, в том числе, требовал возврат денег; этим способом, как мне сказал один работник вуза неформально, пытаются развалить бизнес по заказу работ, либо чтоб заказывали «где надо», либо чтобы «не заказывали вообще» (хотя последнее, с учетом низкого качества образования, практически невозможно);
  • работа и в самом деле хреновая, чтоб ни думал про это автор (а такие авторы есть, увы, все думали, что Лев Толстой, а оказался...).


Вот такая классификация, возможно бывают и другие варианты. Как с этим бороться – я напишу дальше.


Вернемся к нашим рыцарям дивана и телевизора. Ну не нравится человеку, когда работы проверяют на уникальность (Антиплагиат). В этой вселенной нашего джедая - именно Антиплагиат как программа является кристализованным злом, от которого страдает система образования (на самом деле нет - зло в преподах). Конечно, студенту, да и автору, гораздо удобнее писать методом «скопировал-вставил» (даже копируя из собственных работ, что уж там про чужие). Ведь все равно «нового ничего не придумаешь», «все за нас уже написано», «букв всего 30», «нот всего 5», «если менять – получится ненаучно», «программа ссылается на какие-то не те источники» и так далее. Почему таких проблем не возникает у тех, кто действительно пишет сам? Потому что они пишут сами, им Антиплагиат не страшен. Я не помню ни одной проблемы, когда при собственноручном написании «из головы» с минимумом цитат, да и с правильно оформленными цитатами, возникали проблемы с уникальностью.

Другое дело, что беспредел может возникать и здесь:



  • изначально заявляют один процент уникальности, а по факту требуют другой (случается такое);
  • заявляют проверку в одной программе, а проверяют по факту в другой (если клиент говорит, что будут проверять на Антиплагиат.ру – профессиональный автор должен понимать, что проверять будут на Антиплагиат-вуз, то есть, профессиональной версии Антиплагиат.ру, с кучей дополнительных модулей, но многие авторы почему-то этого не понимают, а странно);
  • используют «скрытые базы» (о, да, это ж базы ранее сданных работ, а также статей и диссертаций, из которых иногда так круто копировать текст) – так что это не совсем беспредел, кстати;
  • сами же загоняют тексты отчетов о практике в «Кольцо вузов», а потом утверждают, что диплом сплагиачен (у самого себя), но это бывает очень нечасто;
  • сами же загоняют части работ в базу (умышленно), а потом пишут, что в работе «ну куча плагиата!», хотя такое я встречал всего единожды.


И конечно же, беспредел с оформлением работ, когда клиенту дают одни требования, а по факту надо использовать другие. Либо, когда сверх этих требований придумывают новые «причиндалы», которые нигде не описаны. И тут начинается свистопляска… Здесь, конечно, больше пытаются самоутвердиться «нормоконтролёры»


Как со всем этим бороться автору? Да очень просто:



  • заключаете с клиентом договор, где описываете, что Вам должен предоставить клиент для работы над заказом, а также описываете все варианты, где исправления делаются платно, а где бесплатно (и в какие реальные сроки), а в каких случаях и просто не делаются;
  • если нет желания заключать договор с каждым клиентом – все эти условиях прописываете на своём сайте как публичную оферту, а клиенту ОБЯЗАТЕЛЬНО даете ссылку ДО заказа, чтобы он ознакомился, принял, и только потом оплачивал;
  • если начинаются свистопляски с выдумыванием новых требований, пожеланий и так далее, чего не было при заказе – ну сразу тогда ссылаться можно на договор, публичную оферту и требовать доплату или слать на три советские буквы (не прям сразу, сначала по-хорошему объяснить, почему требования невыполнимы, предложить реальный вариант, чем можно помочь, а уж если не поможет – тогда слать); слать бояться не надо – это бизнес, это нормально, обе стороны работают на принятых условиях, да и услуга-то не вполне себе законная и моральная.
  • в случае с плагиатом - требовать полный отчёт и его смотреть. Если там есть загнанные буквально вот только куски работы в Интернет или в Кольцо вузов - ну это предъявлять клиенту, а клиент пусть предъявляет преподу, либо доплачивает (кто ж виноват?).


Конечно же, автор должен поправлять бесплатно явные косяки: ошибки в расчетах, неправильно указанные нормативные акты (устаревшие на момент написания, например, либо и вовсе не те), явно не те цифры по предприятию, которые дал клиент или препод, явно не то оформление, явно не тот процент уникальности, который заявлялся при заказе. А вот всё остальное, включая "хотелки" преподавателя и клиента, изменившиеся требования и новые пожелания - все Ваши капризы за Ваши деньги, но только если это реально сделать и в реальные сроки.


Возможно, в этом случае страдания у джедаев резко сократятся. Ведь универсальной гарантии на всё не бывает. И если автор будет угождать всем - он просто не сделает свой бизнес.


© Refcom.Info  Alex Bezugly, 2022.

Автор с 1998 года: экономист, юрист, политолог

Все контакты и информация на сайте https://refcom.info

Модели заработка на студентах: «скриптура», тяп-ляп-посредничество и партнёрские ссылки

Essay mill, он же рефератный бизнес, он же студланс, он же академическое гострайтерство или «скриптура» (как только эту сферу ни называют) – само по себе далеко не однородная и односхемная деятельность. Моделей в ней очень много, можно даже замучиться перечислять.


Стандартная «скриптурная» (термин от коллег, авторов «Этнографии туфты») или «авторская» деятельность – самая примитивная из них, предполагающая одному человеку принимать заказы, писать, получать за эту деньги. В самом начале этого бизнеса (а это было очень давно) – непосредственно от студентов, потом многие авторы стали работать с посредниками. Сейчас с посредниками чаще всего работают авторы, которые либо не хотят развивать свою базу заказов, либо не хотят работать на постоянной основе, либо начинающие авторы. Профессионалам работа находится и напрямую, без посредников. Очень странно порою слышать нытьё авторов, работающих многие годы, что заказов у них мало, а посредники – такие вот жадные гады… Да, доход тут ограничен объемом заказов, которые можно сделать самому. Поэтому повышать цены – пока что единственный способ жить хорошо. И повышать цены можно. Почему – описано ниже. Скорее всего, эта деятельность сейчас и будет единственной правильной и обеспечивающей качество работы для заказчика. Если, конечно, автор - не рас..дяй и не мошенник.


Мелкопосредническо-авторская деятельность – несколько расширенная работа автора, когда он подключает к своей работе других авторов. Обычно – в форме «перезаказа». Скажу я в ответ на книгу «Этнография туфты», что это никакая не артель, это просто мелкое посредничество. Что не успеваешь сам – отдаешь другим людям. Но отдаешь не клиента, а заказ (отвечая за заказ перед клиентом самостоятельно). Деятельность такая себе, поскольку косяки автора становятся твоими косяками, и отвечать тебе перед клиентом, а не тому, кто заказ фактически делал. Многие отказываются от такой схемы работы, уходя обратно в ту самую, первую из описанных. Либо ограничиваются строго своей специализацией и проверяют авторов, правят косяки за ними. Да и авторами не берут всех, кто предлагает сотрудничество (ибо это чревато проблемами).  Оттого разница между ценой для клиента и ценой для автора может быть все-таки большой, она не может быть маленькой.


Деятельность посредника. Почему-то их ошибочно называют многие «агентства». Нифига это не агентства никакие. Суть агентских отношений – поиск клиента для заказчика. Агентства недвижимости, например, так и работают. Но они не покупают квартиру у владельца и далее ее не продают сами, они именно «подгоняют» клиента владельцу квартиры. Тоже самое – агенты артистов, спортсменов и так далее. Здесь же – обычно посредничество. Клиенты заказывает у фирмы, фирма отвечает за заказ. А уже фирма передает заказ автору. Автор делает г..но или не делает ничего – фирма отвечает. Раньше такие посредники работали в офисах, сейчас – чаще онлайн, в офисах сидят и организуют работу с клиентами (чаще – очниками-нищебродами) только отпетые динозавры из 90-х или «нулевых», либо умственно отсталые дегенераты, до которых не дошли идеи цифровизации. Очень часто с фирмами, которые авторам предлагают низкие расценки и жесткие условия, как раз и работают авторы, которые делают г..но. В 2000-е, конечно, было всё совсем не так, но ситуация сейчас принципиально иная. Потому что нормальные авторы либо работают сами (спасибо цифровизации и развитию Интернет), либо предпочитают работать с мелкими посредниками, которые, как бы это не звучало странно, платят больше и относятся гораздо лояльнее. Крупные же посредники авторов считают за крепостных, быдло и навоз, и потому именно такое качество приобретает кадровый потенциал их «крепостной скриптуры». Отсюда – массовые жалобы на такие фирмы от клиентов и авторов одновременно, нежелание с ними работать ни у кого, очень мокрая репутация даже у самых известных «брендов» в этой сфере. Ну, это и правильно – ВСЕ крупные посредники должны «вымереть», и я этому с радостью буду содействовать.


Деятельность биржи. Тут, вроде бы, все правильно по самой идее: регистрируются авторы и клиенты, есть гарантии и арбитраж. Есть много интересных бирж. Но по факту часто выходит вот какая штука. Вместо реальных клиентов, далёких от идей цифровизации, регистрируются посредники (первого и второго типа, описанные выше), нередко хамоватые гадёныши, ужасно работающие как с клиентами, так и с авторами. Они же становятся «авторами» с очень широкой специализацией, кучей отзывов, которые (отрицательные) по согласованию с администрацией биржи могут и удаляться за определенную плату. А с помощью технологий накрутки отзывов накручиваются хорошие – сделать это несложно. Там же работают откровенные халявщики, которые под видом новых работ продают старые, а то и просто работы из Интернет, обработанные для повышения уникальности технически, очень дёшево. Этим реальные авторы и клиенты просто крайне разочаровываются в биржах и стараются с ними не связываться. Кроме того, аппетиты бирж растут, комиссия растёт, биржа становится не такой уж выгодной штукой и для авторов, и для клиентов. Кадровый потенциал авторов на бирже в результате снижается, там работают, в большинстве своём, неудачники.


Бизнес по повышению уникальности. Это либо техническое повышение, либо рерайт. Техническое повышение – обработка текста без его изменения всякой невидимой фигнёй, которая последние годы не помогает обойти систему антиплагиат, отчего клиенты за такими услугами обращаются всё реже. Но некоторые ведутся на бренд «антиплагиат-киллер» и обрабатывают что-то, лох не вымер. Здесь лучше работать через партнёрку (см. ниже) и не общаться с клиентом лично, чтобы не выслушивать претензии. Рерайт – более правильный бизнес. Там текст меняется, уникальность реальная, а не техническая. Но часто меняют текст так плохо и непрофессионально, что выходят те еще плюшки (это или невозможно читать вообще, либо невозможно читать без смеха в 99,9% процентов случаев). Это и ожидаемо: профессионалу проще писать работу с нуля и дорого, чем из чужого г..на делать рагульку, потому профессионалы в рерайт идут редко. Если Вы от кого-то из авторов слышите, что он пишет работу сам, а потом отдает рерайтеру на рерайт – бегите от такого автора, на выходе будет фиготень.


Партнёрские ссылки. Это бизнес, когда, собственно, делать ничего не надо. Только писать статьи, индексируемые в поиске, делать формы заказа на своем сайте и заманивать к крупным посредникам и на биржи через партнёрские ссылки клиентов, получая за это 10-20% от стоимости заказа. Сам такой партнёр не общается с клиентом, никак не отвечает за работу. Один знакомый товарищ считает, что посредники купили какой-то там сайт, или открыли и на нём зарабатывают. Он не в курсе, что на сайте просто размещены партнёрские ссылки, и его владелец таким образом зарабатывает на посредниках и биржах, не более того. Бизнес такой себе, потому что со снижением доверия клиентов крупным посредникам и биржам, всё меньше клиентов обращается за такими услугами к ним по партнёрским ссылкам. Тоже самое касается и «технического повышения» уникальности.


Партнёрка с авторами. Расскажу на примере своего опыта. Пробовал я работать и с авторами и мелкими посредниками по партнёрке. То есть, отдаешь контакты клиента, чтобы ему кто-то сделал работу и тебе заплатил ну хотя бы 10-15% от стоимости такого заказа. Но там не отследишь, заказали ли у них в конечном итоге или нет, а выплачивать проценты людей жаба давит. Именно поэтому почти перестал использовать такую схему (особенно после того, как за диплом от одного такого «автора» получил 200 рублей и кучу отмазок, вместо хотя бы 1500, на которые рассчитывал). Да и если это не дипломная, а мелкая работа – в следующий раз клиент сам обратится к тому автору, а ты уже не получишь за заказ ничего. Так что, схема вроде лучше посредничества, но тоже имеет существенные недостатки, тупиковая в большинстве случаев.


Продажа готовых работ. Как правило, ею занимаются и авторы, и (реже) посредники. Ну, много работ накапливается, чего добру зря пропадать? Продают. И я продаю. А есть те, кто на этом вообще специализируется. Только вот есть и такие деятели, которые скачивают работы из открытых источников и потом продают их как свои. Толку от таких работ ноль (уникальность нулевая). Но их можно использовать как основу для написания своей работы (хотя, проще поискать и скачать самому, чем платить за это деньги, часто не такие малые). При этом, в данном случае действительно нарушается авторское право, как ни крути.


Простое мошенничество. А вот это бывает сейчас часто. Люди (хотя, какие они люди?) создают ботов в социальных сетях, заманивают клиентов низкими ценами, берут предоплату, а потом либо высылают технически обработанную работу из Интернет, либо не высылают ничего. После клиент просто блокируется. Как правило, им за это ничего не бывает, особенно, если суммы маленькие. Для оплаты чаще всего используются виртуальные карты ЮМани или Киви (где фамилия, имя, телефон не определяются), нередко и сами эти люди орудуют с территорий других стран, с временно оккупированных территорий и так далее. Да если из той же страны - найти их, как правило, невозможно.


© Refcom.Info  Alex Bezugly

Автор с 1998 года: экономист, юрист, политолог

Все контакты и информация на сайте https://refcom.info

ГОСТы и гострайтеры

Термин «гострайтер», который я недавно прочитал в книге «Этнография туфты» (а некоторые ответы на вопросы авторы взяли из интервью со мною, хотя, к сожалению, учли не всё), оказывается, означал совсем не то, о чем я подумал. Это всего лишь русская транскрипция «ghostwriter» или «писатель-призрак». При этом, в России и странах СНГ долгое время использовалось выражение «литературный негр», которое сейчас не является политкорректным, но это, скорее, относится к другой сфере – к написанию романов, книг и прочего литературного творчества, к которому лично я отношения не имею. Но суть подобна – кто-то пишет «как бы сам», а на самом деле за него пишет другой человек, за деньги. Есть мнение, что некоторые именитые писатели прибегали к таким услугам, когда им некогда было, а план горел, например, Александр наш Сергеевич Дюма-Пушкин (шутка, но только по поводу имени и легенды о том, что два разных Александра – один и тот же человек, что Вы можете прочитать в Интернет, сначала посмеяться, но потом задуматься над совпадениями).


Мне же пришло в голову сразу (ошибочно), что гострайтер – это человек, который оформляет студенческие работы по ГОСТу. То есть, по государственному стандарту оформления научных работ, под которым разные вузы понимают что угодно, но только не то, что имеется в виду в самом ГОСТе.


Что же такое ГОСТ? Это стандарт оформления. Он действительно есть, его можно найти в Интернет. И он не один. Вот, например,

 

В 2018 году в рамках ЕАЭС (куда входят Россия, Казахстан, Беларусь, Армения и Кыргызстан, хотя Беларусь как раз и не подписала этот документ по неведомым причинам) принят Межгосударственный стандарт Системы стандартов по информации, библиотечному и издательскому делу «Отчет о научно-исследовательской работе» ГОСТ 7.32-2017 (ранее был принят стандарт ГОСТ 7.32-2001 в рамках СНГ, который уже устарел) 
Вот ссылка на новый стандарт ГОСТ7.32-2017https://docs.cntd.ru/document/1200157208 


Надо отметить, что стандарт основан и на иных стандартах, регулирующих оформление библиографических ссылок, самого списка библиографии, некоторых отдельных нюансов, связанных с выполнением подобных работ, и он:


  1. устанавливает общие требования к структуре и правилам оформления научных и технических отчетов, а также правила для тех случаев, когда единая процедура оформления будет содействовать обмену информацией, совершенствуя обработку отчета в информационной системе;
  2. распространяется на отчеты о фундаментальных, поисковых, прикладных научно-исследовательских работах (НИР) по всем областям науки и техники, выполняемых научно-исследовательскими, проектными, конструкторскими организациями, высшими учебными заведениями, научно-производственными и производственными объединениями, промышленными предприятиями, акционерными обществами и другими организациями;
  3. его положения могут быть использованы при подготовке отчета в других сферах научной деятельности.


То есть, слава богу, что-то единое создано. Хотя, надо сказать, данный ГОСТ предусматривает множественность применения некоторых вещей, не устанавливает жестких требований по оформлению некоторых элементов. И это очень правильно.


Вузы же, используя элементы этого стандарта, либо более старых, занимаются откровенной самодеятельностью, придумывая свои требования. И ладно, если требования адекватны.


Ну вот, например, сноски и ссылки. Любой более-менее адекватный человек понимает, что ссылки проще ставить в форме сносок, что упрощает действующая система в Microsoft Word, а потом на этой основе собрать список литературы. Уж куда проще? Второй вариант – оформление «гарвардских ссылок» вроде (Иванов, 2014, 45), а в списке литературы сама эта книжка. Тоже неплохо, не загромождает текст большим числом подстрочной информации. Я допускаю даже и такой вариант [Иванов, с.240], которые есть чем-то переходным между гарвардской ссылкой и идиотской ссылкой. Но сама идиотская ссылка [14, c.443] – это, конечно, бред. Не совсем бред, поскольку в небольших статьях, эссе – вполне приемлемо, там и в списке литературы мало источников. Но когда источников 100, их непонятно в какой последовательности надо располагать в списке литературы: а ГОСТ тоже четко это не регулирует, вузы же также занимаются самодеятельностью: кто-то просит строго в порядке упоминания, кто-то строго по алфавиту и разделам (которых может быть разное количество), кто-то просто по алфавиту, независимо от типа источника. Особенно сложно и приходится многое менять - когда по ходу написания или корректировки работы дополняется работа новыми источниками – это совершенно неудобно и неуместно.


Но сноски и ссылки – это полбеды. Как и список литературы, проблему с которым я привел выше. Есть и совершенно откровенный бред, связанный с оформлением таблиц, рисунков, подписей к ним, необходимостью составлять «список таблиц» и «список рисунков» в конце (зачем и кому они нужны – неясно), хотя это можно сделать автоматически инструментами Word. И уж совсем бредом являются требования оформлять содержание (оно же оглавление) не автоматически, а с помощью таблицы. Да-да, и такой идиотизм и маразм я видел даже в течение последних 3 лет. Кому и зачем это надо – мне неясно. Но именно там автоматическое оглавление не принимают категорически – нужна табличка, мать их за ногу. Такое ощущение, что кто-то не умеет работать на Word, и возвёл своё неумение в ранг «так правильно».


Немного раньше, лет 10-15 назад, некоторые бывшие технические вузы заставляли оформлять работы, совсем даже не технические, еще и в рамочки. Студентам приходилось либо печатать на бланках с рамочками, либо вставлять эти рамочки в колонтитулы, что не всегда было возможным. Тем более, часто были требования к разным рамочкам в тексте и на первых страницах работы, на первых страницах глав и разделов. Слава богу, такие идиотские требования давно канули в лета, но не везде. Мне и недавно встречались вузы и техникумы, где не в курсе, что в мире и ГОСТах произошли серьезные изменения. Они до сих пор требуют эти рамочки, ссылаясь на какой-то ГОСТ бородатых лет, который давно не действует.


Бывают и большие маразмы, когда просят оформлять рисунки в черно-белых тонах (графики), таблицы со странными отступами, другим шрифтом (вообще другим) внутри или в заголовке, либо презентацию на белом пустом фоне (вопрос – зачем?), либо помимо презентации делать раздаточный материал на Word (опять же – зачем и для кого?). В 2000 году, помнится, один преподаватель вообще просил графики в работу по экономике вклеивать начерченными от руки на миллиметровой бумаге (сейчас такого нет, я надеюсь). В некоторых вузах в той же Польше (а туда на польском я пишу работы уже несколько лет как) зачем-то в сносках требуют инициалы указывать до фамилии, а в списке литературы после (непонятны логика и смысл этого действа). В некоторых вузах в Казахстане требуют в таблицах добавлять еще одну строку, и именно в этой строке указывать примечание и источник (почему не просто после таблицы – непонятно), притом, источник указывать в любом случае (даже если составил сам – надо в список литературы какой-то отчет о деятельности предприятия или саму отчетность, что тоже маразм).


Перечень маразматических требований, которые нередко закреплены в методичках вузов, можно продолжать долго. Непонятно, для чего эта самодеятельность. Тем более, проверяют оформление зачастую даже не сами преподаватели, а некто с кафедры, «нормоконтролёр», для которого нередко работу распечатывают и приносят «почеркаться». Этот деятель зачастую даже преподавателем-то не является, но чувствует свою власть и черкается вдоволь, часто сам на ходу придумывает требования, которых нет в методичке, а то и в содержании просит что-то изменить (несмотря на то, что это может просить только научный руководитель). Некоторые студенты, в результате, свою работу носят несколько раз на такую вот бессмысленно-самодеятельную проверку. В иных вузах доходит и до того, что нормоконтролёр за небольшую плату сам предлагает «решить проблему» с оформлением, и ведь «решает» сам, либо посылает обратиться туда, «куда надо».


И вот отсюда услуги тех самых «ГОСТрайтеров», которые помогают оформить правильно «по ГОСТу» (на самом деле – по идиотским требованиям вуза). Они могут работать и независимо от нормоконтролёра (если требования адекватны и желания срубить денег у последнего нет), и в паре с ним (сейчас такое – редкость).


Я хотел бы также сказать, что эта проблема была куда актуальнее 8-10 и более лет назад. Сейчас всё чаще работы сдаются в электронном виде. Но главное, что появился Антиплагиат, которым заменили трэш с «нормоконтролем». Те же люди на кафедре закачивают работу в Антиплагиат-вуз, выдают по итогу проверки справку. Да, один мой коллега пишет, что раньше были требования, ограничивающие число проверок, либо вариант, когда справка выдавалась методом «от балды», без подтверждения, (или за плату – с высоким процентом, даже если работа полностью скачена, слеплена или сдана старая). Сейчас это происходит значительно реже. Возможность проверки работы есть в некоторых вузах и у самих студентов в личном кабинете, есть возможность проверки на Антиплагиат.ру в тарифе Full, и доказать свою правоту уже не так сложно. И действия преподов сильно обжалуют. Но проблема в ином: завышенные требования по уникальности (80-85%, 90%, а видел и 95%, а кто-то спрашивал и про 99%), борьба «с ведьмами», когда начинают выискивать техническое повышение уникальности там, где его и нет и не было (либо делают его сами перед проверкой – что уж совсем трэш, но я с таким сталкивался, в известном на всю страну вузе). И тут уже тот ГОСТрайтер, обладающий навыками рерайтера (или «глубокого рерайтера», как некоторые обозначают свою работу) могут заработать не только на оформлении надёрганного из разных мест текста, но и на его переделки. Но к качеству этого текста, разумеется, никакого отношения это не будет иметь.


Что же делать? Я думаю, что вузы должны прекратить заниматься самодеятельностью и самодурством, а методички писать на основе ГОСТа, на основе адекватных требований к содержанию (автоматическому), ссылкам или сноскам (подстрочные или гарвардские), библиографическому списку (без никому не нужному ISBN, например, как для чего-то требовали в одном ныне уже закрытом вузе – СГА; по алфавиту с выделением НПА, на худой конец – отдельно Интернет-источников, либо по порядку упоминания). Конечно же, отказаться от иных лютых маразмов в оформлении, упрощая работу, чтобы основным было содержание, а не оформление.

Что же касается Антиплагиат – тут я категорически не могу согласиться с коллегой, который за его полную отмену. Отмена проверки уникальности в условиях цифровизации ведёт только к одному: работы будут «лепить» из нескольких + из учебников, работы будут покупать через Интернет (ранее защищённые, в том числе, в другом месте), покупать могут и у хитровыдуманных преподов (они только рады будут, а этот бизнес процветал в «нулевые» и даже в «десятые», особенно, в регионах). Конечно, проверка уникальности не должна заменять проверки содержания работы, мыслей и предложений автора. Проверка содержания – первична, уникальность – вторична, она только лишь подтверждает, что автор не «сп..дил» написанное у другого. Иное дело, что подход к проверке уникальности должен быть иным: не ставить завышенных требований по уровню уникальности (дифференцировать их для рефератов, курсовых, бакалаврских, магистерских, эссе и статей), учитывать цитирование всегда как допустимое заимствование, давать возможность студентам самим проверять свои работы до сдачи в своём личном кабинете, без платы или с минимальной платой (все-таки 270 рублей на проверку каждый раз на сайте Антиплагиат.ру – многовато), не закачивать в базы вузов, «Кольцо вузов» сданные студентами курсовые и отчёты о практике, которые становятся основой для написания ими же дипломной работы (по крайней мере, до защиты дипломной), учитывать «самоплагиат» (если ранее студент опубликовал статью по этой же теме, что и магистерская, например – это не должно считаться плагиатом, должно исключаться из результатов проверки, пересчитываться). Тогда всё будет адекватно, понятно, без лишних пугалок и демотиваторов что-то писать самостоятельно тем, кто это может.


Если Вас интересует помощь студентам с написанием работ, обращайтесь


© Refcom.Info  Alex Bezugly

Автор с 1998 года: экономист, юрист, политолог

Все контакты и информация на сайте https://refcom.info

Сампо – не всегда такое уж и волшебство

Небольшой ответ на статью одного из коллег.


Кто-то сказал, что Сампо – это некая магическая вещь, связанная с Северо-Западом, а еще точнее – с Карелией, с финскими преданиями. Да, это мельница счастья, которую выковал кузнец Илмаринен в качестве выкупа за будущую жену, и тщательно скрыл от уральских (и, видимо, не только) «ситхов». Но не учел, что в 2021 году вовсю будет функционировать Интернет, а Гугл и Яндекс пока что никого не забанит. Так мельница счастья, волшебная мельница из «Калевалы» стала известна всем, кто про нее загуглит или заяндексит. Как, например, и тайные термины других народов, скрытые в словах уят, чортопхайка, ганьба, джаляб, нягоднік или, к примеру, ақымақ.


Но это все лирические отступления. Может ли мельница Сампо быть Essay Mill? Конечно нет, потому что она мелет сама, по волшебству, что в Essay Mill – термин ненавистных «пендосов», чей язык так богопротивен некоторым джедаям – всё-таки требует труда, работы, таланта. Потому что Essay Mill – услуги по написанию студенческих работ, а также более сложный уровень, для которого я даже термина не слышал, но назовем его Ғылыми диірмендер, менее ненавистным джедаем языком, ну или Фәнни тегермәннәр, не принципиально – все это то, что писать нужно, придумывать нужно. Здесь надо проявлять креатив даже в написании теории. CTRL+C – CTRL+V не прокатывают сейчас только потому, что ненавистный джедажем Антыплагіят таки существует и работает. Благодаря нему никак нельзя сдать или использовать тем же методом ранее сданную и попавшую в единую базу работу, а уж, тем более, накопипастить из учебника или чужой диссертации, что очень хочется иногда. Эта мельница меле только тогда, когда мельник ее крутит. И по-другому тут никак. А при отсутствие той клятой программы проверки на запазычанні было бы сплошное Сампо, работу можно было бы продавать бесконечно, по крайней мере, теорию из нее. Вот только делать это могло бы бесконечное множество людей, некоторые из которых владение таким Сампо совсем не заслуживают.


Конечно, удивительно неприятно слышать, когда некто эту сферу называет «туфтой». Хотя на самом деле не это имелось в виду. Туфта – это «слово из уголовного жаргона, означающее видимость деятельности, приписки с целью увеличить паёк и зарплату в исправительно-трудовых учреждениях в СССР» (Википедия). Слово из тоталитарного ужасного прошлого некогда существовавшей Империи Зла (гораздо большего зла, чем нынешняя недоимперия с недоцарём). Почему такая аналогия? Потому что некто, кто писать не хочет дипломную, диссертацию, научную статью сам – он обращается к человеку, кто может это сделать, за деньги. Выгодно обеим сторонам. Первая экономит время на выполнении ненужной работы, получая как раз «туфту» - видимость того, чего надо, регалии и статусы (диплом, научную степень, высокий индекс Хирша и т.п., что дает и какие-то финансовые выгоды в перспективе), а вторая – занимается любимым делом за высокую оплату, и вовсе не заморачивается моральными терзаниями и не мечтает как-то научить чему-то первую стороны (за отсутствием смысла последнего). К сожалению, такое есть во всем мире, и тут сложно было куда-то от этого деться. Да, где-то борются с этим, но борьба чаще – просто видимость, битва с мельницами, с Essay Mill…


Написать книгу, учебное пособие на основе своих работ у меня было желание. Думал бы опубликовать ее хоть платно на одном из ресурсов, хоть вообще бесплатно, чтобы скачивали и чаще цитировали. Однако, здесь есть пара нюансов: работы, на основе которых написана будет эта книга, уже будут лежать в Кольце вузов или другой сводной коллекции какой-либо из стран, и меня можно будет легко обвинить в плагиате (хотя, будет ли кто-то это делать? Сомневаюсь). А если не будут лежать – они появятся в Интернет, в поиске, и уже мне их никак не использовать как какую-то основу хотя бы для выполнения других работ, даже не очень важных. Вот поэтому пока что и руки не дошли. Да и по времени никак.


Кстати, картинку нарисовал пока что еще маленький человек, подарил именно для этого сайта, и нарисовал неплохо. А брать чужие картинки без разрешения автора – это тоже плагиат, и за это могут засудить, и такие прецеденты, как мне известно, были и не раз. Но это тоже лирическое отступление.


С наступающим всех Новым годом! С прошедшим Рождеством одних и с будущим Рождеством других!



© Refcom.Info  Alex Bezugly

Автор с 1998 года: экономист, юрист, политолог

Все контакты и информация на сайте https://refcom.info

Не всякая туфта – этнография. Essay Mill и книги про него

Рецензия на книгу 

«Этнография туфты: кто и как пишет учебные работы в России»

авторов: 

А. Абрамов

П. Давыдов


книга написана в 2021 году при 

содействии Фонда поддержки социальных инициатив "Хамовники"


Хочу выразить благодарность авторам за полученную мною книгу «Этнография туфты: кто и как пишет учебные работы в России», Александру Абрамову и Павлу Давыдову. Хотелось бы сказать, что я не видел других таких книг в России, где бы поднималась эта проблема, описывалась с разных сторон. Скорее всего, таких книг в России больше нет. Есть ли за рубежом? Еще как есть. Если погуглить Essay Mill – можно найти статью в Википедии на английском (https://en.wikipedia.org/wiki/Essay_mill), там есть ссылки на статьи и публикации, книги по теме (даже 2000-2004 года). Правда, все англоязычные. Если мы зайдем на французскую Википедию с этим же запросом – и там есть достаточно большая статья, хотя большинство источников опять же англоязычные. Аналогично на китайской и чешской Википедии. Отсюда уже становится понятным то, что проблема отнюдь не чисто российская, и всё давно придумали не у нас.


Книга интересна для человека, который работает в данной сфере уже более 20 лет, да и для коллег, думаю, тоже. А вот для массового читателя она читается очень сложно: слишком «научный» стиль текста, слишком много нововведенных авторами терминов (которые я-то слышу впервые), слишком мало последовательности, структуры, слишком много интервью с людьми, которые не рассказали ничего нового, а то что рассказали – можно было бы изложить всего на несколько страниц (не более 10-15).


Есть существенные сомнения в некоторых положениях книги, которые сразу бросились в глаза мне, поскольку в этой-то сфере я работаю очень давно (более 20 лет, как уже написал), общаюсь с коллегами в чатах, а то и лично, читаю статьи коллег. И потому эти выводы авторов очень уж мне показались странными.


Ну вот, совсем никак я не могу согласиться с термином авторов книги СКРИПТОР, поскольку и на практике авторов работ никогда скрипторами за последние лет 30 точно никто не называл, ни в России, ни других постсоветских странах, ни за рубежом. Да, авторы книги пишут, что термин ими взят у Ролана Барта: «Барт вместо фигуры автора вводит фигуру скриптора, который переписывает уже имеющиеся тексты, не создавая ничего нового, но предоставляя читателю возможность самостоятельно наделить текст тем или иным значением». Про переписку текстов – это конечно, есть такое, в том числе, при написании теории. Но нормальные авторы очень нередко добавляют множество своих мыслей, по-своему выстраивают структуру работы (даже теории), делают выводы сами. Иначе: а) не пройдет по уникальности; б) будет «хрень надёрганная», как говорил один мой коллега. А уж практическая часть, как правило, пишется самостоятельно, с учетом фантазии автора и имеющихся у него цифр и фактических данных о фирме, стране или ином явлении. Бывает, креативно выдумывать приходится всё на 100%, если исходников просто нет, и никто их давать не собирается, а писать надо именно по этому объекту. Так какие ж тут скрипторы, скриптура, скрипты? Почти писательство, почти художественное. Тоже самое касается научных статей и эссе уникальность 90%, которые написать можно только из головы, используя максимум чьи-то цитаты (и то немножко), исходники (статистику) и свой креатив. В определенной мере скрипторами можно назвать рерайтеров (про это явление почему-то авторы книги не упоминают вообще). Это достаточно большой слой авторов, которые действительно не создают ничего нового, а поднимают уникальность с помощью рерайта чужих текстов. Есть практика сотрудничества авторов и рерайтеров, но я ее считают плохой практикой, поскольку итогом такого сотрудничества часто являются бредовые тексты с перевранными фразами, терминами, положениями законов и т.п., что порою вызывает приступ смеха после прочтения. Причина проста – нередко рерайтеры не имеют базового образования и понимания того предмета, тексты по которому они рерайтят.


И вот это утверждение вызывает не меньше сомнений: «Скриптура — постоянный и основной источник заработка для 35–80 тысяч скрипторов, а в той или иной форме к этому виду деятельности обращались, по-видимому, сотни тысяч людей». Ну нет в этой сфере такого количества авторов и посредников, как ни крути. Во многих фирмах работают одни и те же люди (авторы), эти же одни и те же сотрудничают с разными посредниками. Да, бывают и такие, которые поработав в данной сфере совсем немного, бросают всё к чёртовой бабушке и уходят (и таких сейчас больше, чем раньше). Были и те ветераны, которые ушли из этой сферы, как только требования начали расти. Говорить о 35-80 тысячах, а уж тем более, о сотнях тысяч – это никак не оправдано, нет в этой сфере столько людей. И с каждым годом их не больше, а меньше. Больше всего было в «нулевые», когда это был высокий заработок при минимуме напряга. Именно сейчас и большие фирмы, и мелкие посредники жалуются на то, что авторов нет. Одни «балалаечники» (халявщики, делающие откровенную халтуру) или «чебурашки» (люди с фейковыми профилями из ВКонтакте, которые нередко сами посредники, а часто и просто мошенники, имеющие сразу много профилей под разными именами, с картинками или чужими фото) вокруг.


Очень странным для меня показался термин «гострайтер». Я так и не увидел расшифровки этого термина. Может, я его не так понял, но, видимо, это люди, которые делают оформление работы по «ГОСТу»? Я про это писал в «нулевые» и «десятые». Тогда это было актуальной проблемой. Разные вузы придумывали свои правила оформление, одно дурнее другого, и почему-то называли это ГОСТом. Это могли быть нелепые рамочки, форматы заголовков, названия и форматы таблиц, рисунков, а уж как со списками литературы измывались и со ссылками/сносками. Правда, с появлением Антиплагиат вся эта игра в дуремара уходит в небытие, теперь же проще за уникальность всех плющить, придумывая заоблачные требования по ней (90%, например). И поэтому профессия рерайтера становится востребованней, чем оформителя – «гострайтера».

ПРИМЕЧАНИЕ, написанное позже: тут я позволю себе поправиться, поскольку термин "гострайтер" действительно означает не то, что я подумал, это англицизм, ghostwriter (призрачный автор), то есть, совсем иное. И я об этом написал другую статью.


Не согласен я и с разделением авторами книги посредников на «рефконторы» и «артели». Что по сути такое артель? Артель – кооператив. Там все, кто работают, получают по труду, и есть босс, который больше всех работает и выстраивает работу. Но и он получает всего лишь по труду. Есть ли сейчас такие объединения авторов? Я думаю, что, если и есть, их очень мало. Основной формат сотрудничества: один человек получает заказы, он их распределяет автором по своим расценкам, согласованным с каждым автором, а клиенту отдает уже по своей расценке. То есть – это обычное посредничество и перезаказ, не больше того. По этой схеме работают и большие фирмы, и мелкие посредники. Посредник ЛИЧНО отвечает перед клиентом, как будто сам делает работу, никого не интересуют его проблемы с авторами – сделка ведь двусторонняя. Обычно никто из посредников сейчас не называет себя «рефконторой» (термин «контора», без «реф», я слышал в «нулевых», когда это, в основном, были офисы, но с уходом в онлайн большинства посредников этой сферы почему-то так никто не говорит). Биржи работают не так: там автор оценивает и договаривается с клиентом (строго через сайт), потом биржа на данную сумму накручивает свой процент, удерживая его после того, как гарантийный срок работы прошел. При этом, биржа только дает гарантию возврата денег, если автор накосячил (и тому есть подтверждение) или не выполнил заказ, она не выступает стороной сделки, она только гарант. Какое-то подобие равноправного сотрудничества авторов сейчас есть. Это называется «передать заказ за процент». Такая практика в других сферах применялась, например, адвокатами, когда за процент отдавали клиента, если сами не могли по разными причинам его обслужить. То есть, автор рекомендует другого, и в случае заказа у него, другой автор отдает комиссионные (от 5 до 20% обычно). Но эта схема применяется очень редко, потому что желающих отдавать проценты не так много.


Интересное, что я заметил в книге, почему-то отсутствие всякого упоминания про экспорт и импорт этих услуг. А вопрос-то очень актуальный. Еще в «нулевых» в эту сферу пришло ОЧЕНЬ МНОГО авторов из Украины, хотя были и из Беларуси, Казахстана, Молдовы тоже. Сначала они просто сотрудничали с российскими сайтами как авторы. Потом кто-то из них создал собственные РОССИЙСКИЕ сайты (да-да, в зоне .ru, с ip- или просто российскими мобильными телефонами, что более чем возможно в наше время) и стал принимать заказы из России, с оплатой на российскую карту, Яндекс-деньги, Вебмани, Киви и т.п. И сейчас таких сайтов немало. Более того, даже известный в России сайт Zaochnik – физически его офис находится в Беларуси, в Минске, как и вся администрация. А так вот да, есть много сайтов, которые внешне российские, а по факту – украинские и белорусские. А сайты Автор24 и Студворк, наоборот, зарегистрированы в Великобритании, но работают, в основном, на российский рынок, управляются из России. Кроме тогда, немалое количество белорусских, украинских и российских фирм сейчас стали активно работать на  европейский Essay Mill – рынок заказных работ. Уже существует много сайтов и бирж, где предлагается выполнение работ на английском и других языках, и нередко эти сайты созданы россиянами, белорусами, украинцами. Конечно, в большей мере это обслуживание русскоязычных клиентов, поехавших учиться в Польшу, Германию, Чехию, Румынию, Великобританию, США, Китай, Сингапур, Корею и т.п. – сейчас таких очень даже немало. Разница там в языке – требуются авторы со знанием английского, немецкого, польского, но и цены значительно выше (в 1,5-2 раза, как правило). И такие авторы, хоть и не так много, находятся. Я и сам делаю работы на польском и английском, и с каждым годом их всё больше. То есть, рынок этот давно перестал быть чем-то локальным, а туфта давно уже не "этнография". Это глобальный рынок, который с каждым годом всё глобальнее. Кто остался на позициях местечковых писателей (а в интервью из книги таких большинство) - ну это не те, кто расскажет о сути и переспективах этого бизнеса. Это воообще не те, к кому стоило бы прислушиваться и на их выводах делать свои выводы. Это уже далеко в прошлом, паровоз улетел вперед.


Мало авторами книги уделено и Антиплагиату, даже только российскому (преимущественно сейчас это Антиплагиат-вуз). За много лет своего существования система Антиплагиат стала проверять не только тексты на совпадение в Интернет и с «Кольцом вузов» (загруженными защищенными работами – это межвузовская коллекция), но и делать проверку на рерайт (то есть, нельзя просто так взять и отрерайтить старую работу), проверку переводных заимствований. В результате действительно писать стало сложнее, и многие авторы ушли из этой сферы. Второй проблемой стало отсутствие доступов для проверки. Проверка через Антиплагиат.ру работ стала очень дорогой, хотя там и есть возможности получить аналог отчета по Антиплагиат.вуз (одна проверка – 270 рублей, а других тарифов и нет, есть только небольшая скидка, если заказываешь несколько проверок). Незаконные (краденные из вузов) доступы стали блокировать очень быстро, проверку через студенческие личные кабинеты (доступ к которым тоже крадут и продают) стали очень сильно ограничивать, да потом еще и сливать данные в «Кольцо вузов» из нее. Отсюда – разбежалось много рерайтеров, очень невыгодно им стало работать.


Возможно, авторы захотят продолжить исследования в этом направлении. В принципе, о рынке Essay Mill в России и СНГ у меня достаточно много на сайте написано, как и в этой рецензии.

Так или иначе, спасибо за их работу, а также за ссылку на мою статью (одну из многих). Да, кстати, на proza.ru я публикую статьи, но это совсем не главный мой ресурс, все статьи, которых в разы больше, по этой ссылке - https://refcom.info/articles.


© Refcom.Info  Alex Bezugly

Автор с 1998 года: экономист, юрист, политолог

Все контакты и информация на сайте https://refcom.info

Антиплагиат 2022 год: лютый звездец.

Так уже сложилось у меня, что каждый год под конец уходящего года я пишу статьи про то, какого очередного северного мехового зверька от систем Антиплагиат ждать студентам, авторам и посредникам на следующий год. Это меня ничуть не радует, поскольку и учиться кому-то, и работать кому-то становится всё труднее. С одной стороны, это правильно, поскольку у долбоящеров диплома о высшем образовании не может быть. С другой стороны, не очень правильно, поскольку учат их сейчас преимущественно такие же добоящеры, которые учить никого не должны. Да и понятие «уникальность текста» далеко не всегда напрямую коррелирует с умом того, кто этот текст писал, а, тем более, заказал. Ведь если написать три абзаца матом рассказ о том, как прошёл новогодний корпоратив (или «корпАротив», как написано было в одной рекламе одного ресторана) – вполне может получиться текст с уникальностью 100% (146% не может, проверено).


Что же там подкинул нам Антиплагиат на этот, 2022, год?


В анализе и прогнозе на 2020 год я уже писал, что эти, мягко говоря, нехорошие люди, напридумывали в прошлый раз. Это такие крутые фишки как:



  • автоматически пополняемое в некоторых российских вузах за счет проверенных работ «Кольцо вузов»; например, когда Вы проверяете работу на студенческом аккаунте, а по окончании года она оттуда не удаляется (даже если Вы ее удалили), а переходит в «Кольцо вузов»;
  • проверка OCR в российском Антиплагиат-вуз, когда текст распознается как бы с помощью сканирования, игнорируются невидимые символы, а потом не работают все «подгоны антиплагиат» за счёт них, но иногда внезапно вылезает непонятная кракозябра (технически это – ошибка распознавания) и тупой лаборант начинает парить вас, что это техническое повышение;
  • модуль перефразирования, который, надо сказать, еще в 2018 году был внедрен в российском Антиплагиат-вуз, Руконте, а также он есть в том же самом ЕТХТ и Текст.ру, и теперь нельзя просто так взять и сделать рерайт скаченной работы, либо работы, которая сдается повторно, но есть в «Кольце вузов»;
  • в используемом в Казахстане польском StrikePlagiarism начали проверять не только по своему «Кольцу вузов», но и по перефразированию текста, придумали и там такой модуль;
  • модуль проверки перевода текстов (модуль поиска переводных заимствований), который сделал невозможным перевод текста с большинства европейских языков (английского, прежде всего), хотя пока что еще он внедрён не везде.


Проблемой для авторов стало отсутствие легальных доступов в Антиплагиат.вуз. Их просто перестали продавать, поскольку сложно стало воровать. Контроль доступа по IP-адресу, смена паролей, закрытие доступа через студенческий личный кабинет или сокращение функционала проверки в студенческом личном кабинете. Как теперь писать авторам, которые пишут методом CTRL+C - CTRL+W, лишь бы «пару месяцев продержалось»? Непонятно. Хотя кое-какие доступы еще работают, не везде всё подрезали. Даже у меня что-то есть, пользуюсь только очень редко.

К казахстанскому StrikePlagiarism вроде доступ есть у всех, но тарифы проверки совсем не радуют, очень дорого получается.

Проверять на ЕТХТ, даже на перефразирование, можно. Но там не учитывается пресловутое «Кольцо вузов».

С 2020 года также крупно отчудил Антиплагиат.ру (продвинутой версией которого является Антиплагиат-вуз). Просто бесплатную проверку сделать можно, как и раньше. Но толку от нее нет совсем (нет модуля перефразирования, Кольца вузов, проверки заимствований на иностранных языках, модуля цитирования – вообще ничего нет). А относительно недорогую проверку, где было немного удобнее проверять, там убрали вообще. Тариф теперь – проверка за 270 рублей ($3,5), либо есть чуть дешевле, на несколько проверок, которые надо выработать очень быстро (дешевле ненамного). Так писать совсем не выгодно стало, да и студентам проверять самостоятельно свои работы.


Какие же нововведения на 2021 год нас ждут? Вот такая жуть ждёт нас:



  • уже сделан блок проверки связанности текста, когда загружаемый текст будет проверяться на наличие лихо вставленных между видимых слов невидимых слов и символов, и если в отчет будет нечто такое: «спрос экономика – это период когда экономический турбулентность объем товаров по финансам…» (ну и т.п.) – модуль выдаст, что текст несвязанный, и скорее всего использовано техническое повышение уникальности, что так и есть;
  • будут дальше закрывать, подрезать доступы к Антиплагиат-вуз: у студентов ограничат еще больше число проверок в месяц через личный кабинет, запретят удалять оттуда файлы, а проверенное в конце года будут грузить в «Кольцо вузов», а просто так свистнуть преподавательский доступ совсем ни у кого не получится, да и студенческий будет сложно;
  • всё чаще слышны угрозы о том, что проверяться будет корректность цитирования (мне, конечно, до конца до сих пор непонятно, как это можно технически реализовать, главное, чтобы не получилось «как всегда», то есть, что-то абсолютно невменяемое);
  • вузы продолжат расширять практику выкладывания защищенных студенческих работ в собственные открытые базы в Интернете (но в работах будет обязательно указано авторство), из-за чего сдать эти работы повторно не получится.


Стоит ли в таких условиях прибегать к использованию Антиплагиат-киллеров (технического повышения уникальности)? Думаю, что нет, эти системы давно уже не вывозят новые требования, а у тех, кто обрабатывает, часто работу заворачивают элементарно после просмотра полного отчета, либо после применение модулей вроде OCR или проверки связанности текста. Вы рискуете на 99%, когда прибегаете к техническому повышению уникальности. Только в некоторых, пока еще технически очень отсталых вузах, это делать безопасно. Но надолго ли?


Стоит ли прибегать к услугам рерайтеров? Думаю, тоже нет. Из рерайта в написание работ или в другие совсем сферы (включая коммерческий копирайт) ушли все нормальные специалисты. Процентов 80-85%, кто там остался – ярые г..рерайтеры, которые не имеют специальных знаний по предметам, и такие там «ляськи-масяськи» Вам навставляют в текст, что краснеть придется и перед преподавателем, и перед лаборантном, и перед Творцом.


Важной тенденцией остается и развитие коррупции в этой сфере, когда студенты обращаются напрямую к преподавателям или по их направлению, если не хотят писать работы самостоятельно. За деньги им могут и написать абсолютно новую работу не только с уникальностью, но и с «гарантией прохождения», хотя это дорого. За деньги могут впарить и старую работу, удалив ее предварительно из «Кольца вузов» или из открытых баз (хотя, верить бы тут я не стал – часто именно с таким вариантом обманывают, а жаловаться некуда и некому – сам хотел обмануть). За деньги могут просто обработать на Антиплагиат-киллере и дать гарантию «прохождения проверки» (способ тоже так себе – не очень надежный).


Кто-то очень сильно надеется на то, что в этом мире и в этих ваших Интернетах много фирм и бирж, где Вам могут помочь с выполнением работы. Это ошибочное мнение. Фирмы, которые создают красивые сайты и обещают помочь всем, сделать скидки и недорого написать – обычные обманщики и мошенники, платить деньги которым эквивалентно спусканию денег в унитаз. Нормальные авторы с ними не работают, поскольку платят авторам мало. Работают одни долбоящеры, которые переделывают тексты из Интернет и переделывают кем-то когда-то написанные готовые работы, из г..на, простите, лепят пули. Там на выходе Вы получите некачественную по содержанию и часто даже не уникальную работу, а деньги никто Вам не вернет, поскольку Вы не предоставите им никогда доказательств, что продукт некачественный, услуга не оказана. Уж поверьте. Тоже самое – биржи. Там немного безопаснее, и всё-таки общаетесь с авторами напрямую, но больше половины авторов там (на самом деле доля намного больше) – балалаечники при отставной козе, наткнуться на профессионала – очень большая удача, но в сезон все профессионалы загружены, и наткнуться сложно.


Что же делать? Плакать, … или обращаться сразу, заранее, в нормальные сроки за заказом нормальной работы. Не скажу, что везде можно обращаться, ибо в 99% мест и 99% авторов пишут плохо. Но ко мне можно.

 

© Refcom.Info  Alex Bezugly

Автор с 1998 года: экономист, юрист, политолог

Все контакты и информация на сайте https://refcom.info


Эссейная мельница / Essay mill

О том, что такое «эссейная мельница», написано только на небольшом числе русскоязычных сайтов. При этом, в англоязычном секторе Интернет многим известно, что “essay mill” – ни что иное как фабрика по выпуску эссе (отсюда еще одно название – «фабрика эссе» или «фабрика курсовых работ»), курсовых и выпускных – бакалаврских, магистерских – работ. Сюда же относятся и научные статьи, написание на заказ которых становится всё более актуальным. Отчасти это и бизнес с подготовкой диссертаций для получения научной степени – как бы высший уровень всей этой сферы, где требуются наиболее квалифицированные специалисты.


Англоязычная Википедия, а также статьи на Википедии на китайском, французском и чешском языках (на других языках я статьи по теме не находил) указывают на то, что это такой своеобразный бизнес, который позволяет клиентам заказывать оригинальные работы по определенной теме, чтобы они могли совершить академическое мошенничество. При заказе клиенты предоставляют компании конкретные требования к студенческой или научной работе: тему, основные параметры содержания, оформления, требования по уникальности, сроки и прочее, что может быть важно при написании работы. Затем с клиента взимается определенная сумма оплаты: за страницу или в целом за всю работу (чаще второе, поскольку не всегда работы малого объема так просты, и делать цену на них пропорционально объему ниже смысла не имеет. Потом эту работ по указанным требованиям и в указанные сроки кто-то пишет. В одном случае – сам автор, который принял заказ. В другом случае, когда заказ принимает фирма-посредник, пишет автор из ее базы авторов, с которым осуществляется сотрудничество. Фирма, да и автор тоже, дают определенные гарантии на возможные внесения изменений в работу по замечаниям преподавателя (доработки). Предусмотрен и возврат денег, если работа выполнена уж совсем плохо, и изменять ее нет смысла, проще написать заново.


Википедия также указывает на существование «банков эссе». В отличие от «эссейных мельниц» это компании, в которых студенты могут покупать ранее написанные, но более дешевые по этой причине студенческие работы на различные темы. Здесь, конечно, есть более высокий риск быть пойманными, особенно, если эта работа где-то появилась в открытом доступе, либо в закрытой базе учебного заведения, межвузовских закрытых базах, и при проверке работы на Антиплагиат всё это всплывёт. Тем не менее, банки готовых работ существуют. Часто те, кто занимается самой essay mill, занимаются и продажей готовых работ – не пропадать же зря накопленному добру. И для студента это может быть неплохой выход при отсутствии денег, а чаще – при отсутствии времени на подготовку работы «с нуля».


Обе формы бизнеса подпадают под различные правовые ограничения в некоторых странах, о чем немного позже.


Идея фабрик эссе восходит к середине XIX века, когда «эссейные мельницы» тогда, как утверждают сведущие люди, располагались в подвалах общежитий (почему именно в подвалах – я и сам не понял, ведь есть же чердаки, да и комнаты можно было использовать). Тогда это было чисто некоммерческое явление: студенты делились своими эссе, рефератами, курсовыми работами и могли получить в обмен работы, которые были выполнены другими студентами ранее. Как раз такие братства и обменники вдохновили предприимчивых студентов (да-да, сначала их) на коммерциализацию практики написания эссе и других работ. Поэтому уже в 1950-х годах в кампусах колледжей и университетов вовсю распространялась реклама услуг, связанных с написанием авторских работ, от самых простых до самых сложных, то есть, даже бакалаврских, магистерских работ, а то и научных статей и диссертаций.


В 1960-70 годы в США и Европе отношение многих студентов к получению образования резко поменялось. Высшее образование уже не было тем элитным и дающим какие-то особенные преимущества, как раньше. Оно стало массовым. А студенты… Ну, больше работали в свободное от учёбы время, больше забивали на учёбу, больше занимались «революциями» (один мой знакомый джедай очень хорошо так отзывается о событиях 1968 года, которые как раз начались со студенческих протестов, студенты-леваки тогда неплохо поработали, и я тоже не могу сказать, что это было зря – это дало европейскому обществу много полезного). Да, тогда еще стало развиваться вечернее и заочное образование, где, ну сами понимаете. Нельзя не отметить, что аналогичные явления тогда появились в СССР, с развитием заочки и вечернего образования особенно. Кто-то помнит, наверное, «Феличита! Я студент института советской торговли – тебе не чета». А уж престиж защиты диссертаций в СССР с того периода, когда писали чёрти-что и чёрти-зачем (кто-то помнит фильм «Самая обаятельная и привлекательная», там отчасти тоже эта тема раскрыта, и не только там). Так вот, с ростом всего этого потребность в аутсорсинге написания письменных работ только росла. Отсюда – рост объемов заказов и доходов «эссейных мельниц».

Если в 60-70 годы ХХ века такие фирмы, созданные предприимчивыми студентами, находились в кампусах колледжей, то уже в 80-е это стало вполне себе развитым явлением, и заказать работу было можно в офисе где-то далеко за пределами колледжа. В СССР, разумеется, официально этого заказать было нельзя. Но этим занимались опять же «слишком умные» студенты (правда, чаще мелочью), а также и преподаватели. Правда, преподов больше интересовала помощь с более серьезными работами: дипломными для заочников (см. «Феличита…»), мажоров, но еще больше – помощь с диссертациями и научными статьями, где фактически руководитель писал за «диссертанта», либо «диссертант» становился соавтором статьи своего руководителя (разумеется, небесплатно).


Эссейная мельница построена так, что компании, специализирующиеся на таких работах, нанимают студентов, выпускников, преподавателей и профессиональных фрилансеров («студлансеров», как их сейчас называют в России или Украине). А те пишут эссе, дипломные и курсовые работы, статьи. До начала 1990-х годов большинство компаний по производству эссе работали лично с клиентами, предлагая свои услуги по почте или из офисов, расположенных в университетских или студенческих городках. К 2000-м годам большинство предприятий по производству эссе перешли на бизнес-модель электронной коммерции, предлагая бизнес и продавая эссе через Интернет. Компании часто предоставляют бесплатные образцы эссе на популярные темы, чтобы привлечь поисковые запросы в Интернете. Я, кстати, тоже делаю так, у меня имеется и страница с портфолио, и один интересный сайт The Real Science, который используется и для некоторых других моих целей, которые описывать не буду.


При заказе работы клиент обычно отправляет форму, в которой описывается задание, которое ему необходимо выполнить, указывает требования (может приложить методические рекомендации) и сроки. На противоположном конце сотрудник «мельницы» просматривает запросы клиентов, оценивает (или передает на оценку авторам), и дает ответ по реальности выполнения, стоимости. В Википедии пишут, что «не имеет значения, имеет ли писатель предыдущие знания по предмету; если его легко исследовать, он или она выполнит свою работу». Так и хочется сказать, что выполнят, только выполнят плохо, работа будет из г..на и веток, чистый плагиат, а то и совсем не по теме и не то. Поэтому, чаще всего, выполнение работ закрепляют за специалистами, для которых данный профиль – основной. А еще лучше заказывать не фирме-посреднику, а специалисту, который сам делает работы, и сам же принимает заказы. Конечно, найти таких крайне сложно. Сейчас появились биржи, которые упрощают эти задачи. Но с учетом высоких комиссий и жестких требований по проверке работ и «заморозке» денег работает на таких биржах очень мало толковых специалистов.


В Википедии также указано на то, что многие клиенты считают, что, заказывая эссе в Интернете, они получат эссе из своей страны. Однако это не всегда так, поскольку многие компании по производству эссе расположены по всему миру. Мало того, что многие компании по производству эссе находятся за границей, многие из авторов этих компаний не имеют ученых степеней и выучили английский как второй язык. Это в самом деле так, взять хотя бы меня. Для меня английский – даже не второй, а 4-й иностранный. Первым из иностранных я учил немецкий, вторым и третьим – ну это украинский и польский. Английский освоил позже остальных, но это мне не мешает ни находить полезную и понятную мне информацию на нем, ни писать на английском работы. На других известных мне иностранных языках работы я тоже пишу, даже чаще. С другой стороны, я пишу для студентов из Евросоюза по приемлемой цене. Живи я в Германии, для меня бы та цена была уже неприемлемой.


В итоге, создание фабрик эссе на международном уровне позволяет владельцам этих компаний получать высокую прибыль, выплачивая заработную плату в странах с низкой заработной платой и продавая работу своих сотрудников в странах с высокой заработной платой. И тут тоже нет ничего плохого. Почему нет? В статье 2009 года в «Хрониках высшего образования» говорилось, что зарубежным авторам платят только от 1 до 3 долларов за страницу из 20-30 долларов, которые заказчики в США платят за страницу. По сравнению с американскими писателями, работающими на фабриках по производству эссе, это очень низкий показатель.  Хотя, если задуматься, в своей стране в той же сфере они больше бы не заработали. А так заработают. В другой статье в «Хрониках высшего образования» за 2010 год брали интервью у американского автора эссе, который заявил, что получает половину денег, уплаченных клиентом за работу, потому что половину берет посредник. Скажете, это несправедливо? Отнюдь: посредник делает рекламу, имеет офис и/или сайт (а это тоже стоит денег), платит налоги с поступающих транзакций, платит менеджеру, который принимает заказы, распределяет по авторам и потом принимает работу, ругается с клиентами и с авторами. Не бесплатно же этому человеку работать? Если только роботов таких потом придумают. Но и на них затраты, связанные с амортизацией и ремонтом, тоже будут. Да и прибыль эссейной мельнице тоже нужна, они ж не благотворительная организация, их создают ради прибыли.


По данным за 2010 год, приведенных в Википедии, некоторые американские авторы в сфере студланса зарабатывают около 1000 долларов в месяц в самые высокооплачиваемые месяцы, что по состоянию на 2009 год является низким уровнем заработной платы. Но некоторые из лучших авторов могут зарабатывать до 5000 долларов в месяц. Сразу скажу, что эти цифры заниженные, ничего общего с реальностью они не имеют. Эти цифры актуальны, например, для СНГ или Восточной Европы. В США они выше минимум в 3-4 раза.


А теперь перейдем к борьбе государства с «эссейными мельницами». Сразу вспоминается Дон Кихот? Правильно, у меня такие же ассоциации.


Первая крупная судебная тяжба против essay mill произошла в 1972 году в деле «Штат Нью-Йорк против Саксниита». В этом деле государство оспаривало деятельность фирмы из сферы essay mill со ссылкой на Закон об образовании Нью-Йорка. Закон «осуждает получение ученой степени обманным путем или содействие и подстрекательство другого человека сделать то же самое». Штат утверждал, что студенты использовали работы, которые они купили у фирмы, для сдачи их высшем учебном заведении, и хотя компания заявила, что работы, которые они написали, предназначались только для исследовательских целей, их рекламная схема была направлена именно на заказ студенческих работ для сдачи и получения оценки. Суд постановил, что заявления об ограничении ответственности недостаточно защищают компанию, поскольку их поощрение мошенничества и плагиата наносит ущерб системе образования. Постановление потребовало, чтобы компания прекратила деятельность в штате Нью-Йорк. С тех пор произошло несколько других юридических баталий, которые в значительной степени привели к наказанию фирм – эссейных мельниц, а не студентов, заказывающих работы у них.


При этом, раздел 66400 Кодекса об образовании Калифорнии «предусматривает наказание за подготовку или продажу курсовых работ, дипломных работ или диссертаций за плату…». Этот закон применяется, когда составитель (продавец) знал или должен был знать, что получатель представит работу для получения академической оценки. Резиденты штата или академические учреждения, «действующие в интересах самих себя, своих студентов или общественности», могут подавать иски против правонарушителей о «любой помощи, которая необходима». Этот закон отличается от закона Нью-Йорка по-разному, включая возложение ответственности на продавца, даже если он утверждает, что работа не предназначалась для сдачи на оценку, если суд приходит к выводу, что он должен был знать об этом, или если претензия не заслуживает доверия. Хотя некоторые эссейные мельницы заявляют, что их продукты не предназначены для сдачи в учебном заведении, они в рекламе все равно заявляют это, отсюда и признак нарушения ими закона, и из этого исходит суд.


Раздел 877.17 Статута Флориды 2011 года гласит, что «продажа, предложение о продаже или реклама для продажи» или «письменное, графическое, художественное или иное задание» другому лицу для представления в учебном заведении является правонарушением второй степени». И, кстати, в штате Флорида проступки второй степени наказываются тюремным заключением на срок до 60 суток.


В некоторых странах Евросоюза деятельность эссейных мельниц запрещена, либо запрещена реклама их деятельности. Тем не менее, далеко не во всех странах. Реклама этой деятельности запрещена, в частности, в Литве с 2018 года. Латвия и Эстония, Польша не стали вводить подобные запреты, хотя вопрос об этом не раз и поднимался. В странах СНГ реклама такой деятельности пока что запрещена с 2019 года только в России (на начало октября 2021 года, как оно станет потом – неизвестно). Несмотря на это, вопрос о необходимости запрета рекламы таких услуг поднимается в Украине, Казахстане и ряде иных стран. Так, в 2019 году вносились предложения вводить штрафы для фирм и авторов в этой сфере в Казахстане, но никто заниматься подобным проектом не пожелал.


Многие почему-то необоснованно путают написание дипломных работ и продажу дипломов. Это совершенно разные вещи, поскольку написание дипломной работы не предполагает, что человек ее прям сразу возьмёт, защитит и получит научную степень. Он только будет иметь на руках текст работы, что никакой гарантии не даёт. А вот продажа дипломов и других документов – это действительно преступление. Притом, если речь идет о продаже поддельных документов. Существует еще понятие «фабрика дипломов», что совсем не одно и то же, что «эссейная мельница». Фабрика дипломов – это очень некачественный по обучению институт или колледж, имеющий лицензию, аккредитацию. Обычно в таких заведениях студенты учатся платно. В Европе таких заведений много, и необязательно речь об Эстонии или Латвии с Польшей. Они есть и в Великобритании (именно там их больше всего). За деньги тут учат иностранных студентов (из СНГ и Азии чаще всего), которые получают одновременно визу, позволяющую работу в стране. Ну как учат… главное, чтоб письменные работы вовремя сдавали, отмечались и худо-бедно что-то там сдавали вроде зачетов и экзаменов. А если у кого много денег – там за него еще всё и сдадут кто надо и кому надо. Подобных фабрик дипломов много и в России, да и в других странах СНГ тоже, но уже для своих граждан. Многие ранее неплохо работавшие крупные государственные вузы с репутацией скатились до их уровня, но не целиком, а отдельными факультетами или специальностями. Хотя…. Кое-где и целиком. А многие частные вузы как раз для этого и открывали. В 2010-е многие закрыли, лишив аккредитации, но далеко не все. Естественно, большое количество фабрик дипломов стимулирует рост количество эссейных мельниц. Бывает, что фабрики дипломов при себе держат несколько мельниц, либо тесно сотрудничают с ними, имея обоюдный интерес и выгоду.


Тем не менее, уже давно многие даже престижные университеты и колледжи в США и Европе заметили, что их студенты сдают работы, купленные на фабриках эссе. Например, Калифорнийский университет в Сан-Диего за один год поймал 600 студентов на обмане. Это был и плагиат (ну, не туда обратились люди), и откровенное тупление студентов над текстом написанной другим человеком работы.


Научное сообщество критикует эссейно-мельничные компании и специалистов, которые оказывают подобную помощь студентам, фактически предлагая совершать академическое мошенничество.  Но некоторые такие фирмы как бы защищаются от критики, заявляя, что они продают заранее написанные примеры, которые студенты могут использовать в качестве руководящих принципов и моделей для собственной работы. В 2002 году базирующаяся в Великобритании фабрика по выпуску эссе под названием “Elizabeth Hall Associates” потребовала от студентов, заказывающих работы, подписать отказ от ответственности, в котором говорилось, что «любой материал, предоставленный Elizabeth Hall Associates является при том понимании, что это только модель руководства». Другие фабрики эссе утверждают, что они являются «научными издательствами», которые предоставляют студентам сочинения, которые затем студент может цитировать в своей работе. Но мы-то понимаем…


Конечно, некоторые клиенты указывают, что они используют эссейные мельницы только для помощи, как форму корректуры. А авторы оттуда лишь читают их работы, и то, только для того, чтобы оставлять комментарии и отзывы о содержании и грамматических ошибках, отсутствии каких-либо данных, дают рекомендации. К тому же, некоторые клиенты утверждают, что они обращаются к фабрикам эссе, потому что вузы оказывают слишком большое давление на студентов, чтобы у них были академические успехи, нереальные для среднего уровня обучающихся, которых большинство. Все это заставляет студентов волноваться, чувствовать, что они не успевают уложиться в срок, не смогут осилить работу, в том числе, и по уникальности. И ведь отчасти это правда. Если требуется уникальность 80%, проверяется даже рерайт текста, надо быть едва ли ни литератором и учёным, свободно владеющим и терминологией, и информацией. А где вы видели таких студентов? Если такие и есть – их очень немного. Вот поэтому, чтобы сдать работу вовремя и по требованиям вуза, студенты ищут фабрики эссе, либо индивидуальных специалистов, чтобы заказать у них. Некоторые студенты и клиенты считают фабрики студенческих работ эквивалентом компаний, передающих рабочую силу на аутсорсинг. Аутсорсинг рабочей силы является нормой для предприятий, которая подразумевает, что использование фабрик по производству студенческих работ должно быть социально приемлемым.

И наоборот, есть люди, которые считают покупку эссе на «мельницах» неэтичной: это форма обмана и плагиата (??? насчет плагиата, конечно, спорно), потому что один человек приписывает себе работу другого человека. Хотя, если автор согласен, чтобы приписали – чисто юридически никакого противоречия нет. Академические учреждения обеспокоены тем, как фабрика эссе влияет на обучение. Самое смешное, что такое мнение иного вызывают представители «фабрик дипломов», на уровень которых скатились некогда авторитетные вузы. Студенты, использующие курсовые, контрольные и дипломные работы на заказ, не проходят процесс сбора результатов исследований, который сам по себе является обучающим опытом. Некоторые профессора, такие как Дэн Ариэли, профессор психологии и поведенческой экономики в Университете Дьюка и автор книги «Честная правда о нечестности», обеспокоены тем, что фабрики курсовых работ оказывают очень плохую услугу студентам. Он считает, что существование фабрик эссе поощряет лень считаться приемлемой. Ариэли нашла фабрики эссе, которые используют на своих сайтах язык, поощряющий плагиат. Хотя, опять же, речь тут не идет о плагиате, если фабрика не лепит халтуру. Речь только о том, что написанное одним человеком сдаёт другой человек, с обоюдного согласия.


Студенты обычно знают, что пользоваться услугами фабрики эссе неэтично («и шо?», как говорят в Харькове). Так, согласно исследованию, проведенному Патриком Скэнлоном и Дэвидом Нойманом, 90% опрошенных студентов признали такую ​​практику неэтичной. То же исследование показало, что студенты считают, что около 20% их сверстников часто пользуются этими онлайн-сервисами. Конечно, мы-то знаем, что цифра в 20% очень сильно занижена, даже в США. Но почему-то над этичностью плохого преподавания в вузах задумываются намного реже.


Университеты и колледжи разработали несколько стратегий для борьбы с подобными нарушениями академической дисциплины. Некоторые профессора требуют, чтобы студенты представляли электронные версии своих курсовых работ, чтобы текст эссе можно было сравнить с помощью программного обеспечения для борьбы с плагиатом с базами данных известных курсовых работ, которые либо есть в Интернете, либо были сданы ранее. Это системы Антиплагиат, которых в последние годы развелось много во всем мире. Сейчас во всех странах дипломные работы, а часто и курсовые, проверяют на них. Обязательно проверяются на этих системах и научные статьи до их публикации. Другое дело, есть способы обмана Антиплагиат. Их выявляют в значимых работах (дипломные и диссертации, научные статьи), но в мелких работах часто просто времени нет у преподавателя на копание и выявление «подшаманивания», а то и просто для проверки уникальности. Эссейные мельницы с ростом требований по уникальности просто повысили цены и сдают клиентам уже уникальные работы, которые такие программы не классифицируют как «плагиат». Говорят сейчас и о таких современных программах, которые могут проанализировать работу и сравнить ее с другими работами того же студента, чтобы получить вероятностную оценку того, является ли студент настоящим автором. Но это из области научной фантастики. Хотя… Кто его знает, может быть, скоро такие системы появятся массово и будут развиваться.


Некоторые университеты приняли правила, позволяющие профессорам обязывать студентов устно защищать свою работу, которую профессор считает написанной на заказ. И если студент не знаком с содержанием работы, которую он сдал, или с ее источниками, тогда студенту может быть предъявлено обвинение в академическом мошенничестве, нарушении правил, по которым студент соглашается соблюдать при поступлении в университет или колледж. Если студенту предъявлено обвинение в мошенничестве в учебе, его дело обычно рассматривается квазисудебным административным комитетом, который рассматривает доказательства. Для студентов, признанных виновными, наказания варьируются от нулевой оценки за конкретное задание до невыполнения курса, в котором был обнаружен плагиат, до (в крайних или повторяющихся случаях) отстранения от занятий или исключения из учебного заведения. В некоторых случаях студенты, совершившие академическое мошенничество, также могут лишиться академических почестей, ученых степеней или наград. Кстати, последнее актуальным стало в последние годы для тех, кто защитил диссертации, нагло сдутые с чужих. Выявлением такого в России, например, занимался «Диссернет». Заодно он повыявлял немножко плагиата и в диссертациях, защищенных в солнечном Таджикистане (и ужаснулся). Ужаснулся и Таджикистан, и … закрыл свои базы диссертаций для всяческого доступа и проверок. Не так давно случился и скандал в Эстонии, где депутата лишили степени бакалавра за плагиат, оставив ему при этом степень магистра, поскольку плагиата в магистерской работе не было (человек наконец нашел, где надо заказывать).


А если Вы до сих пор не знаете, где надо заказывать – обращайтесь ко мне, не будьте, как тот депутат при получении степени бакалавра.


Alex Bezugly © Refcom Info

автор с 1998 года, экономист, юрист, политолог


P.s. Выражаю очень глубокую благодарность и признательность английской и китайской Википедии за предоставленные материалы, с помощью перевода и художественной обработки, с добавлением своего текста (как видите по ссылкам - добавил-то очень даже немало), можно было написать на русском языке эту статью.


Первичные и вторичные данные для дипломной работы

Я уже писал неоднократно, что в европейских вузах, в частности, в Польше, Эстонии и Латвии в работах по экономике, менеджменту и маркетингу преподы «повёрнуты» на необходимости использования первичных данных. Примерно тоже самое сейчас требуют некоторые преподы, которые отучились в Европе и начали работать в Казахстане.


Что понимается под первичными данными в их понимании? Конечно же, данные опросов (анкетирования) и данные интервьюирования лиц, которые обладают необходимой информацией. На основе этого проводится так называемое badanie (польск. исследование), что предполагает построение графиков, определение пропорций, распределения, и построение на этой основе выводов. Опрашиваться могут кто угодно: клиенты, потенциальные потребители, работники (все или определенных подразделений), ну и так далее. Ну, если имеются еще данные интервью, по ним делается контент-анализ, выделяются важные мысли, на основе которых делаются выводы по описанию деятельности организации, например.


С одной стороны, это правильно. Но всегда ли только эти данные могут считаться первичными? Например, в латвийском RISEBA или эстонском TTU считают, что именно эти, и только эти. А те, которые содержатся в отчетности, отчетах, статистике – всё вторично, а значит анализ тех данных не делает работу какой-либо ценной. Конечно же, это глупость, и это не так.


Интервьюирование - это опрос в форме беседы с составлением транскрипта (протокола) с ответом интервьюруемого. До интревью готовятся для него вопросы, во время интервью он дает ответы, которые надо записать, а потом анализировать. Обычно оно проводится с руководителями предприятий, отделов и т.п. (чтобы понять общие особенности развития фирмы, направления и так далее). Но интервьюирование кого-либо и данные интервью часто дают точно такую же вторичную информацию, как и отчеты. Зачастую еще более вторичную и неточную. Например, вместо получения описания структуры управления в интервью проще посмотреть эту структуру в утвержденном документе. Вместо пространного описания в интервью тенденций продаж, затрат и прибыли проще посмотреть эти цифры в отчетности и самому посчитать по ним тенденции. Вместо описания ситуации с управлением персоналом, неплохо посмотреть и проанализировать цифры принятия, увольнения, структуры, текучести – эти данные будут более достоверными и полными. Да, интервью может добавить какой-либо информации или объяснить какие-либо цифры (чтобы было понятно, почему тенденции такие), но оно не может заменить анализа этих цифр, да и делать анализ именно по результатам Интервью без анализа отчетов и цифр – как-то неправильно. Говорите, что цифры кто-то написал, потому они вторичны? Так их писали на основе первичных данных. Ну, можно посмотреть бухгалтерские программы и «выудить» цифры там, либо посмотреть в табличках Excel у ответственных менеджеров. Но ведь в понимании обозначенных вузов – и это вторичные данные. А какие тогда первичные? А интервью и данные опросов…


Анкетирование - это тоже опрос, который проводится по широкому перечню однородной совокупности (например, работники, клиенты, потенциальные потребители и так далее), вопросы для всех одинаковы, а ответы чаще всего предполагаются закрытыми (выбор варианта, чаще одного, чтоб потом проще было обработать данные). Но анкетирование вообще мало подходит для многих тем экономических работ. Например, в работах по продажам, затратам, экономическому анализу, инвестиционным проектам – кого и о чем анкетировать? Если сотрудников определенных отделов, которые анализом, продажами или управлением затратами занимаются – так отделы небольшие, и итоги такого анкетирования ровным счетом ничего не дадут. Что даст? Наверное, интервьюирование их начальников и опять же анализ цифр, расчет тенденций. Но последнее – это опять вторичные данные, по мнению обозначенных вузов. Не парадокс?


Да и анкетирование там, где оно уместно (в части маркетинга, коммерческой деятельности, управления персоналом) далеко не всегда объективно или возможно. Допустим, надо изучить мнение клиентов предприятия. Вот как это сделать? Надо связаться с каждым клиентом и спросить, задать несколько вопросов и получить ответы. Но для этого надо знать контакты клиента (а часто это проблема, особенно в розничных продажах и услугах), а также для этого необходимо желание клиента ответить на вопросы (чего далеко не всегда может быть). В большинстве случаев клиент может послать лесом, ведь обращается к нему даже не маркетолог фирмы, а какой-то студент. И ладно, если это опрос по телефону (неутомительный, до 10 вопросов), а онлайн-опрос, да еще на 20 вопросов (как в обозначенных вузах хотят) увеличивает вероятность посылания лесом во многие разы. Вот и получается, что вузы сами стимулируют студентов делать фальшивые опросы, проводить фальшивые исследования и получать фальшивые выводы. Вопрос – зачем? Не проще ли в ряде случаев было посмотреть отзывы о фирмах на сайтах-отзовиках, выделить оценки, обозначенные клиентами проблемы. Оказывается, не проще, ведь по мнению этих вузов это тоже вторичные данные (почему – неясно, ведь там первичные отзывы «от первого лица»).


В результате имеем то, что имеем. Превращаем выполнение работ по экономике и менеджменту в обязательное выполнение работ по какой-то социологии непонятно чего и непонятно для чего. Притом, завышенные требования к применению подобных «первичных данных» ни к чему иному, кроме как фальсификации этих данных, не ведут. А те данные, которые обозначены как «вторичные» могли бы дать намного более ценную и необходимую для понимания информацию, предлагается просто игнорировать, представив данными не то что второго, третьего сорта и г..на… Хотя в реальности как раз всё наоборот. Но господа преподаватели живут в иной, придуманной ими реальности.


Alex Bezugly © Refcom Info https://refcom.info 


Помощь студентам: Латвия, Эстония, Литва, Польша, Россия, Казахстан, Украина, Беларусь. Направления: экономика, менеджмент, маркетинг, туризм, финансы, политология, госуправление (русский, английский, польский, украинский языки)

Решение задач по бухучету Беларусь без посредников

Задачи по бухгалтерскому учету часто становятся чем-то очень сложным для многих студентов. Действительно, знать хорошо надо и законодательство, и план счетов, и основы учетной политики предприятия. Не все это хорошо знают или понимают.


Это касается тех студентов, которые учатся на экономических специальностях в Минске, Гомеле, Могилеве, Витебске, Гродно, Бресте и других городах. Ведь бухгалтерский учет в обязательном порядке должны знать и понимать экономисты. Фраза «я знаю экономику, но не знаю и не понимаю бухучёт» сразу выдаёт дилетанта и непрофессионала, который на самом деле ничего не знает и не понимает вообще, кроме самой простой копипасты из Интернет и решения простейших задач в два действия.


На самом деле, всё не так сложно. План счетов Беларуси можно найти в Интернет. В целом, он очень похож на российский план счетов. Стандарты бухгалтерского учета в Беларуси, положения (стандарты) по бухгалтерскому учёту Беларуси найти тоже не составляет особого труда, как и формы отчетности предприятий в Республике Беларусь и их описание, бланки первичных документов.


Какими бывают задачи по бухгалтерскому учёту в Беларуси? Их несколько видов, я перечислю наиболее часто встречающиеся в моей практике:



  • простые задачи, где заданы определенные операции или даже одна операция, требуется сделать проводки (дебет – кредит), возможно, что-то рассчитать (финансовый результат, например), аналогично – задачи на расчет налогов (связаны с налоговым учётом);
  • большие сквозные задачи, где задаются первоначальные условия (остатки по счетам на начало периода), журнал операций: здесь необходимо разнести начальные остатки по дебету и кредиту, проставить проводки и, возможно, что-то рассчитать в журнале операций, составить обороты по каждому счёту, оборотно-сальдовую ведомость по счета, и на основе этого составить баланс и отчет о прибылях и убытках за период;
  • сложные расчетные работы, которые по своей сути похожи на сквозные задачи, но более объёмные, требуют выполнения большего количества расчётов (в том числе, калькулирования себестоимости), формирования, возможно, даже нескольких форм отчётности, помимо баланса и отчета о прибылях и убытках (отчёт об изменении капитала, отчёт о движении денежных средств, приложение к бухгалтерскому балансу).

Вот здесь как раз пример решенной достаточно большой сквозной задачи (третьего типа из этого списка) по бухгалтерскому учёту для БГУ, 2019 года.


Все такие виды заданий я выполняю, и практика в этом довольно большая. Ведь я делаю задания по бухучёту не только для Беларуси, но и для России, Казахстана, Латвии, Эстонии. Также я пишу экономические работы и на польском языке.


Помимо решения задач, разумеется, я выполняю курсовые и дипломные работы по бухгалтерскому учёту, а также по другим экономическим дисциплинам, поскольку экономист по образованию. Вообще, портфолио моих работ по этой ссылке. Вы можете посмотреть и оценить качество и по нему.


КОНТАКТЫ СО МНОЙ:

Телефон / WhatsApp / Telegram +375-259-44-97-51


Почта alex@refcom.info


Подробнее обо мне


Alex Bezugly © Refcom Info

Про доработки к дипломным и курсовым

Для многих студентов, а, тем более, для профессиональных авторов студенческих работ, важной проблемой являются доработки. Доработка – это работа по исправлению замечаний, которые выставил научный руководитель, преподаватель, куратор Вашей работы, когда сданный Вами вариант проверил. Конечно, речь идет о дипломной работе или магистерской диссертации чаще всего. Но нередко речь может идти и о реферате, курсовой работе, эссе.


Какими могут быть доработки? Вообще, можно выделить несколько групп доработок, которые действительно встречаются очень часто:



  • доработка по оформлению – мол, что-то оформлено не так, не по методичке, не по требованиям вуза, либо просто некорректно (кривые шрифты, рисунки и так далее); самое поразительное, что есть и такие вузы, где в течение года может резко поменяться методичка и правила оформления (и я с таким сталкивался), и доработка «всплывёт» сама собою (правда, если речь идёт о доработке профессиональным автором, конечно же, она будет платной – не он же виноват в том, что при заказе была одна методичка, а при проверке внезапно появилась другая); тоже самое связано с теми случаями, когда клиент не предоставляет автору методичку с требованиями по оформлению, либо предоставляет не ту методичку;
  • доработка по уникальности (Антиплагиат) – с недавних лет очень распространенное явление, с тех пор, когда начали работы проверять на Антиплагиат и выявлять заимствования; студенту в любом случае придется дорабатывать под требования уникальности (главное, чтобы при этом он имел отчёт о проверке с помеченным текстом, иначе что поправлять – неизвестно), а вот профессиональный автор может взять с Вас доплату, если Вы не указали при заказе правильно требования по уникальности и программу проверки (например, указали Антиплагиат.ру, а проверка на Антиплагиат.вуз или StrikePlagiarism, ETXT), поскольку у каждой программы свои алгоритмы проверки, и даже тот же Антиплагиат.вуз может иметь разные модули в разных вузах (проверка через Кольцо вузов, по базе вуза, поиск переводных заимствований, поиск перефразирования);
  • доработка по содержанию – здесь уже речь идет о том, что Вы написали по существу; и всё чаще до этой проверки вузы не доходят (останавливаются на двух первых), ибо лень… Но и здесь замечания могут быть разными:


реально выявленные ошибки, например, в расчетах, в применении нормативного правового акта, в фактических или статистических данных, да хоть реальный подлог с отчетностью, поскольку отчетность предприятий сейчас достаточно просто найти в Интернет (даже по малым предприятиям) – это не закрытые данные, публичные; могут быть проблемы и с тем, что глава или параграф называются так, а по тексту идет раскрытие чего-то совсем другого – по сути это тоже ошибка;

«хотелки» преподавателя, вроде того, что «мне не нравится этот автор, уберите ссылки на него», «давайте добавим еще это», «а давайте уберем это», «а давайте поменяем план работы», «а давайте анализ не за 3 года, а за 5 лет сделаем» и так далее; обычно проблема решается наполовину, если до написания работы согласовать план, либо если требования к плану написаны в методичке, но это никак не гарантирует, что «хотелки» не возникнут в будущем (и тут студент может, конечно, отстаивать свою точку зрения, либо исправлять, а профессиональный автор обязательно попросит доплату, и в этом будет прав)


Если речь идет о Вашем обращении к профессиональному автору, то здесь у разных авторов разные схемы работы. Чаще всего, автор исправляет бесплатно ошибки по содержанию, ошибки с оформлением (если были высланы корректные требования сразу), повышает уникальность (если эти требования изначально были озвучены так), а вот всё остальное – уже за Ваши деньги, то есть, за доплату. Многие этого не понимают, и потому тут возникают противоречия и спорная ситуация между автором и клиентом, отчего мне такая схема и не нравится. Есть и другая схема работы, которую предлагаю, например, я: по сложным работам (дипломным, некоторым курсовым) я назначаю цену за написание и цену за доработку. Конечно, цена написания ниже, чем бы я взял за работу «под ключ», а вот стоимость доработки включает возможность исправления «хотелок» (конечно, в разумных пределах) за доплату в пределах определенной суммы (как правило, половина стоимости написания работы). При этом, уникальность и оформление я делаю сразу как надо, и, если ошибка в расчетах или в законах (что маловероятно) будет – разумеется, я поправлю бесплатно.


Разумеется, бывают еще ситуации написания безумных методичек в некоторых вузах, где пытаются стандартизировать написание глав, параграфов и даже применение методов. Не под каждую тему (далеко не под каждую) такие «стандарты» не подходят. Либо потом их можно применить так, что назвать что угодно написанное можно «неправильным». Разумеется, здесь доработка должна быть платной, да и план и некоторые вопросы нужно согласовать заранее, чтобы потом не получалось ерунды. Пример? Да пожалуйста: тема работы связана с бизнес-планированием нового предприятия, а в методичке строго: 1 глава – теория, 2 глава – анализ предприятия (да еще по параграфам требования), 3 глава – совершенствование и оценка эффективности мер. И как быть? Если предприятие новое – как написать вторую главу? Если предприятие не создали, как можно там что-то усовершенствовать? Куда вообще толкать бизнес-план? Это далеко не единственный пример, на самом деле их много. К счастью, большинство таких вопросов решается на этапе согласования плана, до написания работы.


Есть и вариант, когда работу второй раз проверяет совсем другое лицо («рецензент», завкафедры, иной преподаватель, на которого заменили предыдущего), у которого свой взгляд на вопрос, который, возможно, даже не читал методичку с ее требованиями. У него возникнут другие замечания, которые могут на 100% отличаться от предыдущих. В этом случае студент может также поправлять, либо отстаивать свою точку зрения. А вот профессиональный автор возьмет с Ваc денег, и будет прав. Ведь не его вина, что проверяют разные люди, и у каждого свои требования и свои замечания.


Бывают и ситуации непонятных замечаний, которые делают либо от лени, либо от наглости, либо от желания завалить студента. Это что-то вроде «всё не так», «тема не раскрыта», «старые источники», «переделать», «читайте методичку и исправляйте», «это плагиат», естественно, без доказательств и пояснений. Тут важно добиться того, чего всё-таки от Вас хотят. Вариантов может быть множество (в том числе, денег). Не исключаю, что лучше сменить научного руководителя, хотя это и не всегда возможно. Особенно сложный случай, когда всё это вываливают перед самой защитой. В этом случае целью может быть и оставление Вас на пересдачу (для вуза это дополнительные деньги). Здесь бывает ситуация, когда и профессиональный автор откажется от работы с Вами, если такие сюрпризы внезапно возникнут, и тоже будет прав - ему-то зачем тратить нервы на ненормальных преподавателей Вашего вуза?


Если у вуза есть угроза лишиться лицензии или аккредитации – тоже все начинают бегать и суетиться, более тщательно проверять работы, особенно дипломные. Отчего замечаний и доработок может быть намного больше. Такая ситуация мне очень знакома. Как только шум и суета спадают – всё возвращается к исходной позиции.


Надо сказать, что в журналах тоже нередко не принимают научные статьи авторов по причине того, что вопрос, который они рассматривают «неактуальный», «ничего нового» и т.п. (просто выпендрёжь рецензентов, ибо других мотивов нет), отчего здесь выходом является просто смена журнала, поиск того, куда научную статью примут. Биться в закрытую дверь в данном случае нельзя. Особенно если это журнал ВАК, а Вы просто студент (не любят они публиковать обычных студентов, магистрантов, да и людей без степеней тоже не любят).


Alex Bezugly

© Refcom Info 2021

Обращайтесь, помогу